Category: медицина

(no subject)

* * *
Спасибо тебе, государство.
Спасибо тебе, благодарствуй
За то, что не всех погубило,
Не всякую плоть изрубило,
Растлило не каждую душу,
Не всю испоганило сушу,
Не все взбаламутило воды,
Не все твои дети — уроды.
1990

* * *
А Россия уроков своих никогда не учила,
Да и ран своих толком она никогда не лечила,
И любая из них воспаляется, кровоточит,
И обида грызет, и вина костью в горле торчит.
Новый век для России не стал ни эпохой, ни новью.
Матерится она и ярится, и кашляет кровью.
2011
https://www.youtube.com/watch?v=1XSOxKzwZgo

(no subject)

Суббота – новые стихи

***
- Ну и что ты обнаружил,
Выйдя утром из себя?
- Что июль стоит снаружи,
Ветром ветки теребя.
Обнаружил дождик спорый
И весёлый, и грибной,
Обнаружил мир, который
То родной, то неродной.
То приветствует любезно,
То вдруг в голосе ледок.
Обнаружил близкой бездны
Неприятный холодок.

***
Живу в старинном поселении
Я уйму лет.
А здесь такое население,
Что лучше нет.
Ползёт улитка с хрупкой спинкою,
Не наступи.
И коль ползёт твоей тропинкою,
То уступи.
Живёт здесь дятел, что старательно
Долбит кору,
В которой хочет обязательно
Пробить дыру.
Ещё живёт здесь некто маленький, -
Гудит, жужжит,
Облюбовав цветочек аленький,
Над ним дрожит.
Свою имеют траекторию
И тень, и луч.
Мне эта чудо-территория
Сдана под ключ.
Здесь обладает дивным тонусом
Любой жучок,
И служит мне особым бонусом
Небес клочок,
Что голубеет между ветками
Густых древес,
Покрыв тропу мою пометками
Самих небес.

***
Коль жизнь почти что пролетела,
Давай решать по ходу дела,
Что делать нам с остатком лет.
А вдруг подскажет нам ответ
Рассвет, которому всё ясно.
У ночи спрашивать опасно.
А можно, их не теребя,
Спросить о том самих себя.
Мне сил, к примеру, не хватает,
Хотя душа моя летает.
Недуг серьёзно подкосил,
Года лишили всяких сил,
Ограбив чуть ли не до нитки.
Зато сердечный пыл в избытке
И жар, которым дорожу.
Как быть? Ума не приложу.

***
- Всё должно быть крахмальным и свежим.
Ради праздника, тортик нарежем.
- А какой нынче праздник?
- Среда.
А верней, летних дней череда.
Рады всем. Никого не манежим.
День любой нужен нам позарез
И достоин счастливых небес.
Каждый неповторим, ненагляден.
Впрочем, мы даже с чёрным поладим.
Светлых дней всё равно перевес.
Что? Я слишком мажорно звучу?
Это я просто душу лечу.
Я рецепт для неё сочиняю -
Это вычеркну, то поменяю.
Прочитайте, когда дострочу.

***

Лене Саенко

ТАК пролететь сквозь дни и миги,
Играя в бридж, читая книги,
Стих лихорадочно строча,
Чтоб не заметить сгоряча,
Что мы, пока стишки строчили,
Все остановки проскочили.
ТАК были заняты в пути,
Что умудрились не сойти
На остановке. Но, ей-богу,
Зачем, любя езду, дорогу,
Своих попутчиков любя,
Сходить с орбиты, всё губя?

***
Как сень лесная симпатична!
Как жизнь земная травматична!
То больно телу, то душе.
Уж извините за клише.
То сердце ноет, то коленки,
Не позволяя с лета пенки
Наисладчайшие снимать
И заставляя принимать
Не дар бесценный, а лекарство.
Какое дикое коварство!

------------------
Из прежних стихов:

* * *
УРОК АНГЛИЙСКОГО

А будущее все невероятней,
Его уже почти что не осталось,
А прошлое - оно все необъятней,
(Жила-была, вернее, жить пыталась),
Все тащим за собой его и тащим,
Все чаще повторяем "был", чем "буду" ...
Не лучше ль толковать о настоящем:
Как убираю со стола посуду,
Хожу, гуляю, сплю, тружусь на ниве...
- На поле? - Нет, на ниве просвещенья:
Вот аглицкий глагол в инфинитиве -
- Скучает он и жаждет превращенья.
To stand - стоять. Глаголу не стоится,
Зеленая тоска стоять во фрунте,
Ему бы все меняться да струиться
Он улетит, ей-Богу, только дуньте.
А вот и крылья - shall и will - глядите,
Вот подхватили и несут далеко...
Летите, окрыленные, летите,
Гляжу во след, с тоскою вперив око
В те дали, в то немыслимое фьюче,
Которого предельно не хватает...
Учу словцу, которое летуче,
И временам, что вечно улетают.
1998

(no subject)

Суббота – новые стихи.
Тем, кому интересно движение: урок моих этюдов.

***
Днём и ночью познаЮ,
Как живётся на краю.
Ведь на то и мирозданье,
Чтобы шёл процесс познанья.
Фишка главная в судьбе -
Ставить опыт на себе,
Что безумно канительно,
Да к тому ж ещё смертельно.
Но познать удел земной
Нет возможности иной.
Существует только этот
Негуманный грубый метод.

***
Нам всем раздали по судьбе,
Всем - ближним, дальним, мне, тебе,
И по дорожке нам раздали.
Вот только счастья нам не дали.
Мол, не положено давать.
Его положено ковать.
И вот куём с утра до ночи,
А сил всё меньше, дни короче.
И вдруг мы поняли: оно
Нам тоже сызмальства дано,
С ним ночевали, с ним дневали,
Но этого не понимали,
Не знали, с чем его едят,
И в днях, которые летят,
Земное счастье есть в избытке,
И зря мы делаем попытки
Его найти, когда оно
То в дверь стучится, то в окно.

***
Текущий день принёс
С собой свои привычки,
Секретов целый воз,
Для коих нет отмычки.
Метель его густа, -
Хлопочет горний пестик, -
На тропке, что пуста,
Чуть виден птичий крестик.

***
А если поместить всю эту драму
В какую-нибудь солнечную раму,
В безоблачную раму поместить
И путь-дорожку снегом замостить
Пушистым, свежевыпавшим, искристым,
То, может, станет наслажденьем чистым
Возможность в мире горестном гостить.

***
Только свету позволю себя затопить,
Только свету. А тьме ненавистной не дамся
И на милость кромешному мраку не сдамся,
Буду свет по частице, по крохе копить,
Чтобы, если начнётся сплошной беспредел,
Если выжить немыслимой станет задачкой,
Я могла бы спасать и спасаться заначкой,
В ход пустив припасённого света задел.

***
А можно с младенчества быть устаревшим,
Линялым, потёртым, себе надоевшим.
А можно быть живчиком и новичком,
Хотя по годам старичок старичком.
Наверное, стоит у неба учиться
В стотысячный раз полыхать и лучиться,
В стотысячепервый улыбками цвесть
И всё ж умудрится нам не надоесть
И не опостылеть, и не примелькаться,
На каждый призыв всей душой откликаться.

***
А всё, что прочно, тоже шатко.
И горько даже то, что сладко,
И краток даже длинный день,
И возле блика бродит тень,
И коль у жизни напрямую
Пытаться про юдоль земную
Спросить: мол, как на свете жить, -
Она начнёт юлить, кружить
И спотыкаться, и сбиваться,
А я же буду любоваться
На то, как ищет жизнь слова,
Чтобы поведать, чем жива,
И ликовать, что ей, похоже,
Слова с трудом даются тоже.

***
Безымянному другу.

Зачем с тобой дружить?
Ведь ты меня покинешь.
Возьмёшь в какой-то миг
И, не прощаясь, сгинешь.
Зачем с тобой дружить?
Ведь ты же друг неверный,
Поскольку смертный ты,
А, значит, эфемерный.
Возьмёшь и подведёшь.
И сколько б дни не длились,
Однажды не придёшь
Куда договорились.
И чтобы мне самой
Не подвести кого-то,
Я летом и зимой
Лечить стараюсь что-то.

------------------------------------
Декабрь 2018 г. Алексеевская гимнастика – группа Ларисы Миллер.
Этюды Ларисы Миллер:
https://www.youtube.com/watch?v=bYUGWqPFUwo

(no subject)

Суббота: новые стихи.

***
Слеза стекает по щеке.
А может, по щеке стекает
Снежинка, что на солнце тает,
А может, это налегке
Уходит долгая зима,
А может, тает жизнь сама.

***
Я снова в эту жизнь вцепилась,
Поскольку я опять купилась
На бесподобный вешний свет,
Которому названья нет.
И, веря, что моё призванье
Искать для миражей названье,
Я, как проснулась, так ищу,
И эту жизнь не отпущу,
Пока трепещет в ней и бьётся
То, что не знаю, как зовётся.

***
А весною душа бог весть что затевает.
Всё волнует её, всё её задевает,
Всё тревожит её, всё её бередит,
И, того и гляди, она что-то родит
От нездешнего вешнего духа святого:
То ли дивный мотив, то ли дивное слово,
То ли сплав неразъёмный мотива, стиха,
Что, помимо томленья, не знает греха.

***
Мгновенье, перестань летать.
Дай мне открыть мою тетрадь.
Замри, как кроткая овечка,
И жди, пока найду словечко,
Чтоб описать твой светлый лик
И каждый твой рассветный блик.
Неужто я не заслужила
Того, чтоб ты крыла сложило
И, медля в заревом огне,
Чуть попозировало мне?

***
Я никуда уже не мчусь.
Я с удовольствием топчусь
На пятачке, давно знакомом,
В том соснечке, что рядом с домом.
Уйду и снова ворочусь
Сребристо-снежною тропой.
Да надо быть совсем слепой,
Чтоб не заметить, что Всевышний
Горазд без суеты излишней
Дарить, как праздник, миг любой.

***
"Отойди же и не засти, -
Говорю сама себе, -
Ты - подобие напасти
В своей собственной судьбе.
Ты - сама себе преграда
И препятствие, и крест,
Ад сплошной. Кромешней ада
Не найдёшь средь здешних мест.
И не думай о бальзаме
Для измученной души,
Просто ты перед глазами
У себя не мельтеши".

***
Диагноз - жизнь. Она всему виной.
Лишь в ней одной недугов всех причины.
Но утешает то, что излечимы
Они, поскольку краток срок земной.

***
Ну на кого здесь можно положиться?
Казалось бы, бедняга спать ложится,
Казалось бы, как встанет, будет жить,
А он не встал. Но можно ль с ним дружить
И на него в расчёте строить планы?
Возможно, у него открылись раны
Сердечные, возможно, задрожал
Тот волосок, что до поры держал,
А, может, лопнул крошечный сосудик...
О, Господи, ну что же мы за люди?
Не держим слова, обрываем связь
Любую и уходим, не простясь.

***
Хоть дорого здесь пребыванье обходится,
Живу и живу. Выбирать не приходится.
Ведь плюсов так много: здесь дети и ты,
К тому же уменьшился срок темноты,
К тому ж послезавтра весна начинается,
А свету душа так легко подчиняется,
Что снова ловлю себя нынче на том,
Что я не дышу, а ловлю его ртом -
Тот воздух, к которому нынче подмешано
То нечто, на чём я с рожденья помешана.

***
Здесь быть счастливым не положено.
Здесь бытие должно быть сложено
Из разных горестей. Оно не для веселья нам дано.
На нас ножи повсюду точатся,
А мне веселья очень хочется.
И, если повод не найду,
То буду каждый день в году, -
Хоть сыроватый, хоть завьюженный, -
Встречать, как праздник незаслуженный.

(no subject)

Суббота: новые стихи.
Вчера нам было 56. Фото сверху: во Дворце бракосочетаний на ул. Грибоедова 2 февраля 1962 г.
Принимаем поздравления.

***
Мне не надо жизни отдельной.
Я хочу, как крестик нательный
Быть всегда и везде с тобой,
Днём и ночью, и в миг любой.
Пусть Господь нам это устроит.
Ведь Ему ничего не стоит.

***
Тень от вспугнутой птицы куда-то метнулась,
Свет слабеет, и вера в него пошатнулась,
Потому что опять его взял и спугнул
Дикий морок, что палку опять перегнул
И сгустил черноту до такого предела,
Что, в какую бы сторону я ни глядела,
Ни просвета, ни искорки, ни огонька
Не видать. Остаётся лишь сесть на конька
На любимого, чтобы о свете, о свете
Хлопотать. Ради света, попавшего в нети,
Ради света, который угробила мгла,
Тот достать, что для чёрного дня берегла.

***
А жизнь измеряют в каких единицах?
Вот я, например, измеряла бы в птицах
И в бабочках пёстрых, и в ярких цветах,
А вовсе не в сутках, не в днях, не в летах.
По мне, чем сирени избыточней пенность,
Тем выше земного мгновения ценность,
А ежели дни из лучей сплетены,
То им вообще уже нету цены.

***
Да и люди живут здесь на птичьих правах,
И сильны не на деле, а лишь на словах,
И ничем и никем они здесь не владеют,
Разве что от весеннего солнца балдеют.
А как кончат от вешнего солнца балдеть,
Так тоскуют, не зная, куда себя деть.

***
Коль утро начинать с дежурной переклички,
То множество имён останется без птички.
Коль утром огласить длиннющий список весь,
То далеко не все ответят звонким "здесь",
Поскольку мы всегда кого-нибудь теряем,
Когда в текущий день гурьбой, гуртом ныряем.
И надо бы того, кто не сумел нырнуть,
Попробовать спасти, окликнуть и вернуть,
Окликнуть и вернуть, и галочкой пометить,
И сделать так, чтоб он "я здесь" сумел ответить.

***
А жизнь мне хвостиком виляет
И всё на свете позволяет.
Мне позволяет рано встать
И сотворенье дня застать.
Застать мгновение побелки,
Когда снежок слетает мелкий,
Застать замедленный процесс
Покраски утренних небес.
И даже дарит мне возможность
Самой понять всю лёгкость, сложность
Творения, когда из строк
Я созидаю свой мирок.

***
Что бы ни было, я - на твоей стороне,
О, голубушка жизнь, на твоей я сторонке,
Я на той стороне, где, ступая по кромке,
Не могу не играть на певучей струне.
Вот и нынче, чуть свет, подтянула колки.
И, хотя инструмент мой сегодня не строит,
Жду - пошлёшь ты мне миг, что мгновенно настроит
И устроит всё так, что светлы и легки
Будут песни. И этот счастливый напев
Будешь слушать и ты, не дыша, замерев.

***
Давайте поплачем. Не надо стесняться
Того, что нам лица родимые снятся,
Того, что так тянет всех тех помянуть,
Кого не дано ни забыть, ни вернуть.
Давайте немного попляшем от печки,
Припомнив смешные ребячьи словечки,
Припомнив давнишнее наше жильё,
Где булькает в баке чужое бельё,
Где дикой мигренью страдает соседка,
Где смотрит сирени цветущая ветка
В забытое богом и всеми окно,
Которое, может, затем и дано,
Чтоб мы те миры, что не знают продленья,
Омыли прозрачной слезой умиленья.

***
А твой недуг неразличим
И потому неизлечим.
Твоя беда неуловима
И потому непоправима.
И одержим ты день-деньской
Необъяснимою тоской,
И обречён ты на томленье,
Что не имеет исцеленья.

(no subject)

***
Я места здесь себе не нахожу,
Наверно, потому что нет мне места.
Я, очевидно, из другого теста,
Другому миру я принадлежу.
И всё ж из мира чуждого, сего
Нет сил уйти на поиск своего.
2012

* * *
В ясный полдень и в полночь, во тьме, наяву
От родных берегов в неизвестность плыву,
В неизвестность плыву от родного крыльца,
От родных голосов, от родного лица.
В неизвестность лечу, хоть лететь не хочу,
И плотней к твоему прижимаюсь плечу.

Но лечу. Но иду. Что ни взмах, что ни шаг -
То невиданный свет, то невиданный мрак,
То невиданный взлёт, то невиданный крах.
Мне бы медленных дней на родных берегах,
На привычных кругах. Но с утра до утра,
Заставляя идти, дуют в спину ветра.
Сколько раз ещё свет поменяется с тьмой,
Чтобы гнать меня прочь от себя от самой.
Умоляю, на спаде последнего дня
Перед шагом последним окликни меня.
1974
----------------------
- «Стихи гуськом. Книга X (август-сентябрь 2012 гг.)»:
http://7iskusstv.com/2012/Nomer10/Miller1.php
- Вспомогательная информация к блогу «Стихи гуськом»: полное собрание, статистика посещений, электронные книги, видеозаписи, аудиозаписи, публикации, рецензии, некоторые отклики в блогах:
http://www.larisamiller.ru/vsp_inf.html#6

(no subject)


* * *

А мама ко мне – своей маленькой дочке –

Врача позвала. Он часы на цепочке

Носил и хранил их в кармане жилетки.

О нём говорили, что доктор он редкий.

И я в его тёплых ладонях тонула…

Что время украло, то память вернула.

Вот эту картинку вернула мне ночью.

Цветная она, хоть изодрана в клочья.

                                                             2011

 

* * *

 

На планете беспредельной

Два окошка над котельной.

Это — дом давнишний мой.

 

В доме том жила ребенком.

Помню ромбы на клеенке.

Помню скатерть с бахромой.

 

Скинув валики с дивана,

Спать укладывали рано.

И в умолкнувшем дому

 

Где-то мыслями витала

И в косички заплетала

На скатерке бахрому.

 

Мне казались раем сущим

Гобеленовые кущи —

Пруд, кувшинки, камыши,

 

Где, изъеденные молью,

Меж кувшинок на приволье

Плыли лебеди в тиши.

 

Стало пылью, прахом, тленом

То, что было гобеленом

С лебедями. Но смотри —

 

По стеклу стучат ладошки.

А войдешь — стоят галошки

С байкой розовой внутри.

                                        1975

 


(no subject)

* * *

А Россия уроков своих никогда не учила,

Да и ран своих толком она никогда не лечила,

И любая из них воспаляется, кровоточит,

И обида грызет, и вина костью в горле торчит.

Новый век для России не стал ни эпохой, ни новью.

Матерится она и ярится, и кашляет кровью.

                                                                     2011

 

* * *

Было всё, что быть могло,

И во что нельзя поверить.

И какой же мерой мерить

Истину, добро и зло.

 

Кто бесстрашен - взаперти,

Кто на воле - страхом болен,

Хоть, казалось бы, и волен

Выбирать свои пути.

 

Свод бездонен голубой,

Но черны земли провалы,

Кратковременны привалы

Меж бездонностью любой.

 

Чёрных дыр не залатать.

Всяко было. Всё возможно.

Может, завтра в путь острожный

Пыль дорожную глотать.

 

Мой сынок, родная плоть,

Черенок, пустивший корни

Рядом с этой бездной чёрной,

Да хранит тебя Господь

 

От загула палачей,

От пинков и душегубки,

От кровавой мясорубки

Жути газовых печей.

 

Ты прости меня, прости,

Что тебя на свет явила.

И какая может сила

В смутный час тебя спасти.

 

Эти мысли душу жгут,

Точно одурь, сон мой тяжкий.

А в твоём - цветут ромашки.

Пусть же век они цветут.

                                      1974