Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)

Моя публикация в журнале "Свой вариант". Спасибо Владимиру Спектору.

http://mspu.org.ua/poetry/4415-stixi-guskom-novye-i-starye.html

"Стихи гуськом: новые и старые"
Сегодня, 00:07
Лариса Миллер


* * *
Наверно, надо перестать кружиться.
Иначе можно не успеть сложиться.
Но как сложиться? Что возьму с собой
В дорогу эту? Полог голубой?
Трель, что спугнула тишину ночную?
Прохладу предрассветную речную?
2011

* * *
И день и ночь, и день и ночь
Я вижу дальних крыльев трепет
И слышу отдаленный лепет
Всего, что улетает прочь.

И не могу остановить
И взять, как бабочку, за крылья,
И бесполезны все усилья,
И безнадежно рвется нить.

А если б даже и могла,
Кому нужна такая доля —
Сжимать два бьющихся в неволе,
Два рвущихся из рук крыла?
1972


* * *
Чего тебе, бедный ты мой, не хватает?
Смотри: каждый день непременно светает,
Есть воздух, которым ты можешь дышать,
Проблемы, которые нужно решать,
Есть разные знаки и буквы, и числа,
Чтоб ты не терзался отсутствием смысла.
2011

* * *
Не просите у осени смысла
Пожалейте ее, господа...
Бахыт Кенжеев

Не проси у жизни смысла,
Не проси.
В небе солнышко повисло —
И мерси.
Только душу просьбой этой,
Утомишь
Да напрасно сигаретой
Надымишь,
Да и кончишь в белых тапочках
В гробу.
Лучше вытри чистой тряпочкой
Трубу,
Под небес холодным взором
С жаром дуй
И легко мажор с минором
Чередуй,
Не заботясь, есть ли надоба
В тебе,
В этих играх до упаду
На трубе...
А ветрами все земное
Так несёт,
Что под ложечкой то ноет,
То сосет.
1993

* * *
Мнится, я получила сполна все дары и удары
Ото всех небожителей, что так добры и так яры.
Мнится, я от них больше совсем, ну совсем не завишу,
Хотя мне и оставили твердь и небесную крышу.
Мнится, будто с учёта снята по неясным мотивам,
Чтобы всё то, что диктует тщета, стало факультативом.
2011

* * *
Я плохо в земной этой школе учусь,
Считаю ворон, на уроках верчусь,
Простую задачку решить не умею,
К доске меня вызовут – я онемею,
Вопрос зададут – буду тупо молчать.
Мне рано ещё эту школу кончать.
Ругайте меня, задавайте на лето,
Пусть только учёба не кончится эта.
2008


* * *
А, может, я уговорю
Свою последнюю зарю
Не торопиться и тянуться,
Потом уйти и вновь вернуться.

Я, может, всё-таки смогу
Тропу, что вьётся на бегу,
Заставить долго извиваться,
Чтоб было мне куда деваться,
Когда захочется в тиши
Заняться чем-то для души.
2011

* * *
Приснилось мне, едва уснула:
Корова языком слизнула
Всё, что я видела до сна.
Проснулась: Господи, весна.
Налево глянула, направо –
Цела небесная оправа,
И краски дивно хороши,
Но только близких – ни души.
Куда-то все запропастились.
Исчезли, даже не простились.
И жизнь иная бьёт ключом.
Я в этой жизни – не при чём.
К кому ни подойду с речами,
Уходят прочь, пожав плечами.
1981

* * *
Да у меня язык не повернётся
Сказать, что кто ушёл, тот не вернётся.
Да я поверить даже не могу,
Что есть места откуда ни гу-гу.
Да я прощаться даже не умею.
Вот мамы нет, а я всё время с нею.
И как это – прощаться на века?
Я лишь умею говорить «пока».
2011

* * *
И я испытывала страх,
Живя, как на семи ветрах,
Не находя себе опоры
Среди всеобщего разора.
И я искала утешенья
В ежесекундном мельтешеньи,
Средь шумных орд, на тропах торных,
В делах и планах иллюзорных.
Ни света не нашла, ни блага.
Нашла, что воля и отвага,
И утешенье — в нас самих.
Безумен мир окрест иль тих —
Лишь в нас самих покой и сила.
Чума какая б ни косила,
Мы до известного предела
Сберечь способны дух и тело,
Распорядясь судьбой земной…
А вдруг всё вздор, и голос звонок
Лишь оттого, что ты со мной
И не хворает наш ребёнок?
1971


* * *
Вот дождь осенний гасит свечи –
То отголоски Божьей речи.
Вот бьёт осину мелкой дрожью –
Подобен шорох слову Божью.
Запела птичка, что не ново –
И это тоже Божье слово,
Которое для всех едино,
Летуче, непереводимо.
2011

* * *
Все разрешится чистым ЛЯ,
Все разрешится.
Ложатся под ноги поля —
Полынь, душица.
Садится бабочка на грудь,
И гнется стебель.
Все разрешится где-нибудь —
Не здесь, так в небе.
Не здесь, так в чистых небесах.
Не вечно бремя.
Коль ты сегодня при часах,
Скажи мне время —
Хочу узнать, когда в краю,
Где столько лиха,
Бывает тихо, как в раю.
Тепло и тихо.
1992



* * *
А за окном твоей палаты
Случались дивные закаты,
Стояло дерево без кроны,
Летали галки и вороны.

Начало марта, хмарь, ненастье,
И ты мне говорила: «Счастье
Смотреть в окно на стаю эту».

Вот счастье есть, а мамы нету

* * *
- Я ничего не пропустила,
Пока во снах своих гостила?
Что было пока я спала?

- Вот тень упала со стола.
Вот кошечка в клубок свернулась.
Вот жизнь ушла и не вернулась.

* * *
Какое счастливое слово «потом»!
В нём скрыты такие широты, высоты,
Таятся такие волшебные ноты,
Шедевров ещё ненаписанный том.

Там чудо рождается из ничего,
И там ни к чему наши смертные сроки,
И с этим «потом» ни возни, ни мороки.
Все ждут с нетерпеньем и любят его.

23-24 сентября 2011 г.


* * *
Вчера был день из светлых кружев,
Сейчас – из серого сукна.
Ему киваю из окна:
Мол, не тушуйся, ты мне нужен.
Хоть светлой краски – ни одной,
Но всё равно ты мне родной.
2011

* * *
Я не знаю пути до небесного рая.
Три обычных ступеньки до рая земного,
Где огромные дни, постепенно сгорая,
Из-за дальних лесов занимаются снова;
Где, спустившись с крыльца прямо к яблоням влажным,
Плод росистый вкушаешь во время восхода,
Где раздумья о вечном и жизненно важном
Не сулят непременно дурного исхода,
И простая потребность добраться до сути
Не ведёт непременно к страданью и смуте.
1971


* * *
Да ты на вес золота, дивная осень.
Ты всё для нас делаешь, что ни попросим:
Листвою твоей пошуршать захотели –
И листья нам под ноги тут же слетели.
Хотим, чтоб рябина твоя полыхала, –
И ты наши мысли тотчас услыхала.
Хотели плодов твоих сочных и спелых –
И ты обещаешь три месяца целых
Дарить нас, кормить нас своими плодами.
О как помудрели мы всё же с годами:
Сто раз мы сегодня в десятку попали,
Все наши желанья с твоими совпали.
2011
* * *
И говорим о том о сём,
Покуда в сумерках пасём
Сухой листвы стада овечьи.
И бесконечны наши речи
О будущем, о вещих снах,
Об ускользающих годах,
Неизживаемых обидах…
О том, о чём и вдох и выдох.
1967


* * *
Разговор содержателен лишь бессловесный,
Что ведут облака в тихой выси небесной,
Разговор, что возник неизвестно когда
С дуновенья, со вздоха и длится года,
И в котором душа моя тоже хотела б
Поучаствовать, не улетая из тела,
И, отринув словесный пленительный сор,
Бессловесный легко поддержать разговор.
2011

* * *
Говорим, говорим –
Только дыма колечки.
Невесомы, как дым,
Словеса и словечки.

Крепко держим стило –
Пишем фразу за фразой.
Написали – бело,
Словно tabula rasa.

Краской той, что густа,
Размалёвана густо
Вся поверхность холста,
Отодвинулись – пусто.

Что за сладостный труд,
С каждым днём осторожней
Наполняем сосуд
Безнадёжно порожний.
1981

(no subject)

Сегодня, 25 июня, День рождения Арсения Тарковского (1907-1989).
Вот одно из моих ранних стихотворений, которое очень понравилось А.А., и он просил меня посвятить ему эти стихи.

***
А.А. Тарковскому

Поверить бы. Икону
Повесить бы в дому,
Чтобы внимала стону
И вздоху моему.
И чтобы издалёка
В любое время дня
Всевидящее око
Глядело на меня.
И в завтра, что удачу
Несёт или беду,
Идти бы мне незрячей
У Бога на виду.
1967
------------------
«А если был июнь и день рожденья…»
Памяти Арсения Александровича Тарковского,
1989
http://larisamiller.ru/yesli.html

(no subject)

***
Я знаю тихий небосклон.
Войны не знаю. Так откуда
Вдруг чудится – ещё секунда,
И твой отходит эшелон?!

И я на мирном полустанке,
Замолкнув, как перед концом,
Ловлю тесьму твоей ушанки,
Оборотясь к тебе лицом.
1965

* * *
То облава, то потрава.
Выжил только третий справа.
Фотография стара.
A на ней юнцов орава.
Довоенная пора.
Что ни имя, что ни дата –
Тень войны и каземата,
Каземата и войны.
Время тяжко виновато,
Что карало без вины,
Приговаривая к нетям.
Хорошо быть справа третьим,
Пережившим этот бред.
Но и он так смят столетьем,
Что живого места нет.
1985

***
А тогда, на начальном этапе,
Рисовала я солнце на папе,
А вернее, на снимке его.
Я не знала о нем ничего.
Лишь одно: его мина убила.
И так сильно я папу любила,
Рисовала на нем без конца.
Вышло солнышко вместо лица.
2011
…………………………….
Папа Миша
Года в четыре мне очень нравилось играть с фотографией, на которой я, годовалая, сижу на руках у отца. Нравилось мять эту карточку, разглаживать, рисовать на ней цветными карандашами. Фотографию отбирали, но я снова находила ее и мучила.

Дома мне говорили: "Папа Миша пошел на фронт добровольцем. У него было слабое зрение. Он погиб, подорвавшись на мине." "Папа Миша тебя очень любил, – говорила бабушка, – Он держал тебя бережно, как хрустальную вазу. У него были длинные, тонкие, музыкальные пальцы".

Когда я стала старше, то пожалела, что исчеркала фотографию, на которой папа держит меня своими "длинными, тонкими, музыкальными пальцами". Я так долго рассматривала его руки на снимке, что, мне начинало казаться, будто пальцы вздрагивают. Интересно было изучать его лицо, коротко стриженные волосы, очки, улыбку, себя в каком-то комбинезоне с пуговками, вазу, зеркало, ковер – весь далекий неведомый фон младенческой, довоенной жизни, в которой папа Миша держал меня, как хрустальную вазу и придумывал мне всякие имена: "Ларчик-самоварчик, Лариска-матриска, Ларченок".

ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ:
http://berkovich-zametki.com/2005/Starina/Nomer1/Miller1.htm


(no subject)

* * *
Благие вести у меня.
Есть у меня благие вести:
Ещё мы целы и на месте
К концу сбесившегося дня;

На тверди, где судьба лиха
И не щадит ни уз, ни крова,
Ещё искать способны слово,
Всего лишь слово для стиха.
1980

(no subject)

Сегодня нам 58 лет. Три фото
***
А из хороших новостей
Лишь та, что нет плохих известий,
Что мы опять проснулись вместе,
Что в мире диких скоростей
Есть, где бродить и где присесть,
Чтоб вновь бродить меж деревами,
И есть согласье между нами,
А меж словами воздух есть.

***
Я просыпаюсь где-то в пять,
Чтоб необъятное объять.
Лежу, твой сон оберегаю
И тьму ночную постигаю.
Когда она сойдёт на нет,
Я стану постигать рассвет.
Когда же утро свет накопит,
В своих лучах меня утопит,
Чтоб озарить и ослепить,
Я буду слепо всё любить.

***
Не ведаю — к счастью ли это, к несчастью,
Но стал ты моей неотъемлемой частью.
В чём счастье? Да в том, что люблю и любима,
Несчастье же в том, что вдвойне уязвима.

***
Я не умею жить сама,
Отдельно. От тебя отдельно.
Предельно близко будь. Предельно.
Иначе я сойду с ума.
Как наши комнаты пусты,
Грустны, когда тебя в них нету.
И сколько в них тепла и света,
Когда домой приходишь ты.

----------------------------------------------

2 февраля нам 58 лет.
Фото:
1. Дворец бракосочетаний на ул. Грибоедова, 2 февраля 1962 г.
2. Москва, 1963 г.
3. Музей Окуджавы в Мичуринце, 2019 г.


(no subject)

***
А чтобы мы уютно жили,
Нас небеса припорошили
Своим небесным порошком -
То бишь, искрящимся снежком.
Коль побелили нам дорогу,
То поскрипим ещё немного,
Ещё немного погостим,
Снежком весёлым похрустим,
Коль он на нашу долю выпал
И нас, как милостью, осыпал.
25 января 2020

***
Хорошего уйма. Хорошее сплошь.
Вот хвост у сороки отменно хорош:
Большой, черно-белый. Такое перо –
Ему бы стоять на старинном бюро.
И если не манна слетает с небес,
То все ж филигранна, воздушна на вес
Снежинка, летящая в снежных гуртах.
И это о радости в общих чертах.
И это два слова про дивный пейзаж,
Про фон повседневный, обыденный наш,
Про фон наш обычный. Но, может быть, мы
Являемся фоном для этой зимы,
Для этих сугробов, сорок, и ворон.
И терпит картина серьезный урон,
Когда и летают, и падают ниц
Снежинки на фоне безрадостных лиц.
1981

(no subject)

***
Учу школяра отвечать на вопрос -
На общий вон тот, специальный вот этот,
Использую свой отработанный метод,
Устроив с особым пристрастьем допрос.
"Ты кто?, - вопрошаю, - Откуда? Куда?
Когда и зачем ты пришёл?", - вопрошаю,
Чем сладостных тайн мирозданье лишаю,
Где "нет" так легко превращается в "да".
В английском вопросе порядок суров.
Коль ставишь вопрос, то следи за порядком.
Он строг и в ответе подробном иль кратком.
В нём нет столь нам близкого хаоса слов,
Дающего нам золотые права
Творить, лишь меняя местами слова.
18.01.2020

ИЗ ПРЕЖНИХ СТИХОВ:

* * *

УРОК АНГЛИЙСКОГО

А будущее все невероятней,
Его уже почти что не осталось,
А прошлое - оно все необъятней,
/Жила-была, вернее, жить пыталась/,
Все тащим за собой его и тащим,
Все чаще повторяем "был", чем "буду" ...
Не лучше ль толковать о настоящем:
Как убираю со стола посуду,
Хожу, гуляю, сплю, тружусь на ниве...
- На поле? - Нет, на ниве просвещенья:
Вот аглицкий глагол в инфинитиве -
- Скучает он и жаждет превращенья.
To stand - стоять. Глаголу не стоится,
Зеленая тоска стоять во фрунте,
Ему бы все меняться да струиться
Он улетит, ей-Богу, только дуньте.
А вот и крылья - shall и will - глядите,
Вот подхватили и несут далеко...
Летите, окрыленные, летите,
Гляжу во след, с тоскою вперив око
В те дали, в то немыслимое фьюче,
Которого предельно не хватает...
Учу словцу, которое летуче,
И временам, что вечно улетают.
1998

(no subject)

***
Легко уснуть, легко проснуться,
Легко губами прикоснуться
К воздушной утренней волне,
Легко понять, что жив вполне,
Нашарить свет, нащупать цели,
Что заставляют встать с постели.
04.01.2020

ИЗ ПРЕЖНИХ СТИХОВ

* * *
Есть удивительная брешь
В небытии, лазейка меж
Двумя ночами, тьмой и тьмой,
Пробоина, где снег зимой
И дождик осенью; пролом,
Куда влетел, шурша крылом,
Огромный аист как-то раз,
Неся завороженных нас.
1981

(no subject)

Из «Дополнения» к сборнику "Безымянный день", Москва, Самиздат, 1977 г. (26 стихотворений, вынутых редактором из сборника по цензурным соображениям).

* * *
Шито белыми нитками наше житьё.
Посмотри же на странное это шитьё.
Белой ниткой прошиты ночные часы.
Белый иней на контурах вместо росы.
Очевидно и явно стремление жить
Не рывками, а плавно, не дёргая нить.
Шито всё на живульку. И вечно живу,
Опасаясь, что жизнь разойдётся по шву.
Пусть в дальнейшем упадок, разор и распад.
Но сегодня тишайший густой снегопад.
Белоснежные нитки прошили простор
В драгоценной попытке отсрочить разор,
Всё земное зашить, залатать и спасти,
Неземное с земным воедино свести.
1976