Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

(no subject)


Сегодня День Рожденья нашей любимой собаки Мишки.

* * *
Ну чем не муза, чем не муза
Щенячье розовое пузо?
А нос, щенячий чуткий нос –
Он влажен, как охапка роз,
Покрытая росой, а ухо
Сигналит нам: “Полундра, муха!”
А хвост… О эта речь хвоста!
Кто скажет, что она проста?
В ней и поэзия и проза,
И грусть, и нежность, и угроза.                       
2000

Лариса Миллер с любимой собачкой Мишкой, 1990. Фото из архива автора:
https://www.ng.ru/ng_exlibris/2018-01-18/16_919_dog.html

О ПРЕИМУЩЕСТВАХ ХВОСТА ПЕРЕД КОПЧИКОМ.

«О если б без слова/ Сказаться душой было можно!» – с тоской восклицает поэт. Но такое общение существует. Стоит тебе утром приподнять с подушки голову, как твоя душа вступает в молчаливый диалог с душой собаки, которая, встав передними лапами на постель, усиленно виляет хвостом и смотрит в глаза: «С добрым утром!» Впрочем, надо ли переводить подобную сцену на человеческий язык, если вся ее прелесть в том, что она – немая? Говорит душа, и говорит без слов. Даже если ты и произносишь какие-то слова, их смысл не важен. Звук и интонация – вот что различает твой четвероногий собеседник. Ты почесал его за ухом, задумался, рука повисла в воздухе, и он тут же принимается настойчиво подталкивать твою руку своим влажным холодным носом: «Почему перестал? Продолжай!» Опять перевожу с собачьего на человечий. Порочная привычка все выражать с помощью слов. Слово – вот корень зла. Вот что растлевает душу, изощряет ум, порождая двоемыслие, подтекст, уловки, кривотолки. Собака потому и простодушна, что бессловесна. Простодушна, но не примитивна. Ее чувства разнообразны, как и способы их выражения. Один только лай чего стоит. Лай заливистый с повизгиванием сопровождает игру в палки; смешанный с рычанием означает угрозу; отрывистый и настойчивый – просьбу; похожий на скулеж – жалобу. Хочешь понимать собаку – смотри и слушай. Она прямодушна, выражается ясно. Ты расстроен, и она беспокойно заглядывает тебе в глаза. Ты зол, и она забивается под диван от греха подальше. Ты весел, и она с игривым видом валится на спину, предлагая тебе почесать ей брюхо. Ты пакуешь чемодан, и она с тревогой следит за каждым твоим движением. Ты, взяв чемодан, направляешься к двери, и она принимается отчаянно выть. Этот вой еще долго будет стоять у тебя в ушах. И если уж переводить с собачьего на человечий, то только стихами:
С любимыми не расставайтесь,
С любимыми не расставайтесь,
С любимыми не расставайтесь,
Всей кровью прорастайте в них.
И каждый раз навек прощайтесь,
И каждый раз навек прощайтесь,
И каждый раз навек прощайтесь,
Когда уходите на миг.
(Александр Кочетков)
Ах, венец творенья! Далеко тебе до собачьей преданности. Будь ты ничтожнейшим из смертных, собака все равно будет любить тебя и никогда не предаст. Любовь для нее – условие существования. Желая обругать свою жизнь, ты называешь ее «собачьей», невольно признавая тот факт, что плохо четвероногому в этом мире, что не можешь ты обеспечить ему, как, впрочем, и себе, сносного существования. Да что ты вообще можешь? Разве ты способен на собачью непосредственность в выражении чувств? Копчик – это все, что у тебя осталось от такой совершенной вещи, как хвост. Собачий хвост – это исповедь. Это – страстный и предельно откровенный рассказ о радостях, печалях, страхах и обидах. Даже огрызок хвоста способен поведать об очень многом. Было бы кому.
А собачья деликатность... Ты угостил собаку, а она сыта и в гробу видела твое угощенье. Но разве она может тебя обидеть? Мучается, но ест. Да еще не забывает благодарно повиливать. Хорошо, если дело происходит за городом. Там хоть можно, взяв злополучный кусочек в пасть и ускользнув с ним из дому, незаметно закопать его где-нибудь на участке, а потом с невинным видом вернуться и лечь у ног щедрого хозяина. И если бы не перепачканный в земле нос, никто бы никогда не догадался, что угощение не съедено, а зарыто. Таких тайников за лето набирается немало. И, что удивительно, собака помнит их все и накануне возвращения в город «обходит дозором». Что же касается возвращения в город и вообще любого переезда, то для отдельных собачьих особей это – сплошной надрыв и мука. Пока набивают машину вещами, вой стоит над землей русской. Собачий вой. Люди сбегаются, чтоб узнать, в чем дело. Да ни в чем. Обыкновенный переезд. Грузят вещи. Погрузят и поедут. С собакой на коленях. Никто никогда ее не бросал. Так что же она воет? «Наверное, другие собаки сказывали», – догадался кто-то. И в самую точку попал. Конечно же, это – прапамять, голос прошлого, которое и давит, и гнетет. Как по ребенку можно в какой-то степени судить о родителях, так по собаке – об обществе в целом. Собака изначально – существо благородное и глубоко порядочное. Все дурное в ней – от лукавого. От лукавого и порочного человека.
Впрочем, не о нем сейчас речь, а о твари бессловесной. О ее бесхитростных хитростях и простодушных попытках самоутвердиться. Вот на тропу выскочила белка. Казалось бы, беги и лови, коли ты – охотник. Но какой охотник из городского домашнего пса? Не нужна ему белка. Ему нужно показать себя: вот, мол, я – ужасный и прекрасный, великий стратег и тактик; я стою как вкопанный и не кидаюсь на свою жертву лишь потому, что еще не время. Но вот прошла секунда, белка устремилась вверх по стволу. Теперь самое время бегать вокруг дерева, царапать передними лапами ствол и, задрав морду, визгливо лаять. Не торопи его, хозяин, не зови. Он занят: он нюхает беличий след.
О, эти запахи... Что ты в них понимаешь? Идешь по лесу и думаешь свою нудную думу. А собака тем временем, принюхиваясь и перебегая с места на место, переживает минуты наивысшего вдохновения. Кто здесь оставил влажный след? Кто промелькнул, «дыша духами и туманами»? Вот ветер принес какой-то новый манящий запах, и пес, на секунду замерев и пошевелив кончиком носа, срывается с места и мчится ему навстречу. И пусть цель не столь уж романтична, поджариваемый на костре шашлык или течная сучка – сила и свежесть чувств – вот что важно. Впрочем, существуют и бескорыстные радости: купанье зимой в свежевыпавшем снегу, а летом – в нагретом солнцем песке. Слабо тебе так жить: азартно, самозабвенно, здесь и сейчас. Да к тому же с неизменной любовью в сердце.
Недавно в газете появилась заметка о говорящей собаке, которая называет хозяйку «ма-ма», а еду – «ам-ам». На одну бессловесную тварь меньше. Жаль. Да сохранится в этом мире, безнадежно отравленном ядовитыми выбросами (в том числе и словесными), заповедная область незамутненных чувств, где души общаются без слов – напрямую.
А завершить хочу стихами о собаках, которые часто служат мне музой.

* * *
Нет, мы не плачем, мы не плачем.
И, будь мы хвостиком собачьим
Любой длины и толщины
С рождения оснащены,
Мы им бы весело виляли,
Безумно радуясь, что взяли
Нас погулять на белый свет,
Где можно взять волшебный след.

(no subject)

Лариса Миллер «Всем трудно, всем - собакам, лошадям».

Читает автор:

https://www.dropbox.com/s/lsvbin15j1g3g1h/14%20%D0%92%D1%81%D0%B5%D0%BC%20%D1%82%D1%80%D1%83%D0%B4%D0%BD%D0%BE%2C%20%D0%B2%D1%81%D0%B5%D0%BC.mp3

* * *

Всем трудно, всем – собакам, лошадям,

Деревьям, травам. Всем без исключенья.

И нам, конечно. Жить – и приключенье

И риск большой, как бегать по путям,

Где поезда. Всё ж стоит рисковать.

Ведь только здесь и может отыскаться

Возможность приласкать и приласкаться,

И рук родных из рук не выпускать.

(no subject)

***
О боже, как нужны отлучки!
Я полагаю, даже тучке,
Висящей в выси голубой,
Надоедает быть собой.
Она, как быть собой устанет,
Так то дождём, то снегом станет.
И я, изменчивость любя,
Мечтаю выйти из себя,
В кого-нибудь переселиться,
А лучше вовсе раствориться.

***
Ты даже не знаешь, как ты ослепительно счастлив,
Как мир к тебе добр, как день бесконечно участлив,
И, ночь пережив и оставшись на утро живой,
Ты, выйдя из дома, дорожкой идёшь звуковой,
Где птицы тебя в свои тайны легко посвящают,
Пейзажи тебя безо всякой натуги вмещают,
Коль шастает ветер, одежду твою теребя
И в спину толкая, так это он, точно, любя.
А ежели он приставаньем тебя донимает,
Так это он просто тебя за свою принимает.

***
Лишь музыка способна возвращать
Туда, куда не надо возвращаться,
И встречу с теми, с кем пришлось прощаться,
Лишь музыка способна обещать.
Лишь музыка способна приводить
В какое-то тревожное смятенье,
И тихую беседу с тихой тенью
Она одна способна заводить.
И, слушая томительный минор,
И музыке невольно подпевая,
Вдруг понимаю: боль моя живая
И тени те волнуют до сих пор.

***
Завидую шустрым, летучим, бегучим,
Завидую всем, кто хворобой не мучим,
Завидую белке, синице, грачу.
Я тоже так шастать по миру хочу,
Летать, перепрыгивать с ветки на ветку.
А мне вот приходится выпить таблетку,
Чтоб выйти на улицу и не упасть
И в гости к синицам и белкам попасть.

ИЗ ПРЕЖНИХ СТИХОВ:

***
Встань, Яшка, встань. Не умирай. Как можно!
Бесчеловечно это и безбожно,
Безжалостно ребёнком умирать.
Открой глаза и погляди на мать.
Ты погляди, что с матерью наделал.
Она твоё бесчувственное тело
Всё гладит и не сводит глаз с лица.
И волосы седые у отца.
Он поправляет на тебе рубашку
И повторяет: «Яшка, сын мой, Яшка».
И повторяет: «Яшка, мой сынок».
Гора цветов. Венок. Еще венок.
... Пришел ко мне смешливым второклашкой.
Нос вытирал дырявой промокашкой.
И мы с тобой учили «I and You»,
«I cry, I sing» – я плачу, я пою.
Как жить теперь на свете. Жить попробуй,
Когда вот-вот опустят крышку гроба,
В котором мальчик, давний ученик.
Его лицо исчезнет через миг.
И нет чудес. Но, Господи, покуда
Ещё не наросла сырая груда
Земли, не придавили снег и лёд,
Приди, вели: «Пусть встанет. Пусть идёт».
1979

(no subject)

Суббота: новые стихи.
Фото, посв. Году Собаки.

***
А тот, кто жизнью умудрён,
Не станет лучших ждать времён.
Он будет теми обходиться,
В какие выпало родиться.
Их светом будет освещён,
В их тайны будет посвящён,
Пленён их солнечным батистом
И соловьиным майским свистом.
Нырнув с головкой в новый день,
Посмотрит ТАК на луч и тень,
На боль и радость, и обиду,
Чтоб вечность не терять из виду.

***
Вступает свет в свои права,
Но еле-еле. День-то зимний.
И помогает свету иней,
Чуть побеливший дерева.
Я тоже свету помогу
Своим стихом духоподъёмным,
В котором о глухом и тёмном,
И неизбежном - ни гугу.

***
Ввести такое внутривенно,
Чтоб вдруг зажить самозабвенно
И о себе не вспоминать,
И даже позабыть, как звать,
Себя не помня нощно, денно.
Зачем нам память? Память - боль,
Всё разъедающая соль,
Что не даёт зажить болячке.
Что память? Слёзы да заплачки,
Да возглас горестный "Доколь?"

***
Прошу вас, позвольте пройтись по Москве.
Позвольте побыть в ней и лёгкой и юной,
Не бейте по ней своей бабой чугунной,
Оставьте хоть где-нибудь дворик в траве.
Ну дайте хотя бы дойти до угла,
Свернуть на знакомую улицу дайте.
Хоть пару минут ничего не меняйте,
Чтоб я отыскать свою юность могла.

***
Господь мои жалобы не принимает,
Поскольку Он правильно всё понимает.
Он знает: коль близкие рядом со мной,
То, значит, прекрасен мой жребий земной
И сущие мелочи все неполадки.
И строки счастливые в этой тетрадке,
На каждом листочке, что дивно белел,
Сам Бог мне строчить ежедневно велел.

***
А мы с тобой в порядке исключенья
Останемся здесь жить по истеченью
Всех сроков, нам отпущенных судьбой.
В порядке исключенья нам с тобой
Великая удача улыбнётся,
И жизнь сама от счастья захлебнётся,
Увидев, что с обычаем вразрез,
Кто должен был исчезнуть, не исчез,
И ждёт его, всему противореча,
Какая-то неслыханная встреча.

***
А жизнь - история болезни
Тех, кто ютится близко к бездне
И кто за множество веков
Вконец продрог от сквозняков,
И потому всегда простужен,
И хвор, и болен, и недужен,
И только лишь одна душа
Считает: бездна хороша.
Ведь бездна, коль душе поётся,
Волшебным эхом отзовётся.

***
Этот мир почему-то весьма популярен,
Хоть порою опасен и глуп, и бездарен,
Хоть не Сад он Эдемский и не благодать,
Но никто не желает его покидать.
И в него продолжают ломиться, ломиться,
Чтобы в нём хлопотать и дерзать, и томиться,
Под его небесами метаться, кружить
И бесценную жизнь за него положить.

***
Пусть даже с гулькин нос, но будущее есть,
Но будущее есть, и мне оно сияет,
Сиянием своим на мой настрой влияет
И верить мне велит, что дней моих не счесть.
Пусть мой остатний путь, как воробьиный скок,
Пусть невелик тот срок, который мне остался,
Зато скупой рассвет, что нынче мне достался,
Мне щедро подарил целебных восемь строк.

***
Послушайте, я вас не задержу.
Поверьте мне, я только на минутку.
Я, чтоб казалась радостной побудка,
Вам стих духоподъёмный расскажу,
Который я пишу, когда в меня
Судьба-индейка бьёт прямой наводкой.
Ещё я поделюсь своей находкой:
Минуткой удлинившегося дня -
Той радужной, которая сейчас
Мне пригодилась, чтоб окликнуть вас.

***
Я кому-то должна быть нужна позарез,
Как нужна дню текущему кромка небес,
Как нужна небесам синева их густая,
Как нужна деревам птичья звонкая стая.
А сегодня заря так со мною нежна,
Будто именно ей позарез я нужна,
Будто ради меня она вновь наступила
И ночной темноте меня не уступила,
Злому мраку, что страхами так и кишит.
Кто ещё мне на помощь исправно спешит?
Кто ещё за меня и дрожит, и боится,
И не может меня подвести, не явиться?

-------------------------
Фото: с любимой собачкой Мишкой, 1990 г. - СМ. НИЖЕ (до 31.12.2017)

(no subject)

Суббота: новые стихи.
Фото, посв. Году Собаки.

***
А тот, кто жизнью умудрён,
Не станет лучших ждать времён.
Он будет теми обходиться,
В какие выпало родиться.
Их светом будет освещён,
В их тайны будет посвящён,
Пленён их солнечным батистом
И соловьиным майским свистом.
Нырнув с головкой в новый день,
Посмотрит ТАК на луч и тень,
На боль и радость, и обиду,
Чтоб вечность не терять из виду.

***
Вступает свет в свои права,
Но еле-еле. День-то зимний.
И помогает свету иней,
Чуть побеливший дерева.
Я тоже свету помогу
Своим стихом духоподъёмным,
В котором о глухом и тёмном,
И неизбежном - ни гугу.

***
Ввести такое внутривенно,
Чтоб вдруг зажить самозабвенно
И о себе не вспоминать,
И даже позабыть, как звать,
Себя не помня нощно, денно.
Зачем нам память? Память - боль,
Всё разъедающая соль,
Что не даёт зажить болячке.
Что память? Слёзы да заплачки,
Да возглас горестный "Доколь?"

***
Прошу вас, позвольте пройтись по Москве.
Позвольте побыть в ней и лёгкой и юной,
Не бейте по ней своей бабой чугунной,
Оставьте хоть где-нибудь дворик в траве.
Ну дайте хотя бы дойти до угла,
Свернуть на знакомую улицу дайте.
Хоть пару минут ничего не меняйте,
Чтоб я отыскать свою юность могла.

***
Господь мои жалобы не принимает,
Поскольку Он правильно всё понимает.
Он знает: коль близкие рядом со мной,
То, значит, прекрасен мой жребий земной
И сущие мелочи все неполадки.
И строки счастливые в этой тетрадке,
На каждом листочке, что дивно белел,
Сам Бог мне строчить ежедневно велел.

***
А мы с тобой в порядке исключенья
Останемся здесь жить по истеченью
Всех сроков, нам отпущенных судьбой.
В порядке исключенья нам с тобой
Великая удача улыбнётся,
И жизнь сама от счастья захлебнётся,
Увидев, что с обычаем вразрез,
Кто должен был исчезнуть, не исчез,
И ждёт его, всему противореча,
Какая-то неслыханная встреча.

***
А жизнь - история болезни
Тех, кто ютится близко к бездне
И кто за множество веков
Вконец продрог от сквозняков,
И потому всегда простужен,
И хвор, и болен, и недужен,
И только лишь одна душа
Считает: бездна хороша.
Ведь бездна, коль душе поётся,
Волшебным эхом отзовётся.

***
Этот мир почему-то весьма популярен,
Хоть порою опасен и глуп, и бездарен,
Хоть не Сад он Эдемский и не благодать,
Но никто не желает его покидать.
И в него продолжают ломиться, ломиться,
Чтобы в нём хлопотать и дерзать, и томиться,
Под его небесами метаться, кружить
И бесценную жизнь за него положить.

***
Пусть даже с гулькин нос, но будущее есть,
Но будущее есть, и мне оно сияет,
Сиянием своим на мой настрой влияет
И верить мне велит, что дней моих не счесть.
Пусть мой остатний путь, как воробьиный скок,
Пусть невелик тот срок, который мне остался,
Зато скупой рассвет, что нынче мне достался,
Мне щедро подарил целебных восемь строк.

***
Послушайте, я вас не задержу.
Поверьте мне, я только на минутку.
Я, чтоб казалась радостной побудка,
Вам стих духоподъёмный расскажу,
Который я пишу, когда в меня
Судьба-индейка бьёт прямой наводкой.
Ещё я поделюсь своей находкой:
Минуткой удлинившегося дня -
Той радужной, которая сейчас
Мне пригодилась, чтоб окликнуть вас.

***
Я кому-то должна быть нужна позарез,
Как нужна дню текущему кромка небес,
Как нужна небесам синева их густая,
Как нужна деревам птичья звонкая стая.
А сегодня заря так со мною нежна,
Будто именно ей позарез я нужна,
Будто ради меня она вновь наступила
И ночной темноте меня не уступила,
Злому мраку, что страхами так и кишит.
Кто ещё мне на помощь исправно спешит?
Кто ещё за меня и дрожит, и боится,
И не может меня подвести, не явиться?

-------------------------
Фото: с любимой собачкой Мишкой, 1990 г.

(no subject)

Воскресенье: новые стихи.

***
Мне муза вовсе не подружка,
А кислородная подушка.
Благодаря лишь ей дышу,
Пишу, страничками шуршу.
Я, засыпая, просыпаясь,
Стихи пишу. Их много, каюсь.
Я б перестала их рожать,
Но как дыханье задержать?

***
Всё струится: воздух, время,
Дождик, льющийся на темя,
И струится, как река,
Стихотворная строка,
В новую перетекая.
Наша жизнь - она какая?
Кто, ей-богу, разберёт,
Коль она летит вперёд?
Ей не скажешь: "Хватит длиться,
Перестань ты суетиться,
Рваться вдаль, бежать, лететь,
Дай тебя мне разглядеть".

***
У тебя для меня хоть минутка найдётся?
Ну давай, жизнь моя, посидим, где придётся,
Ну давай, жизнь моя, потолкуем с тобой.
Тем насущных так много. Я рада любой,
Потому что мне хочется знать твоё мненье
Про любое летящее мимо мгновенье
И про то, почему, заведя далеко,
Ты в какой-то момент нас бросаешь легко,
Не рыдаешь и за руки нас не хватаешь,
Никаких нежных чувств к бедным нам не питаешь.

***
Выходит, что время есть главный герой,
Грозящий живому огромной дырой.
Для времени нет ничего смехотворней
Тщеславных людишек, пускающих корни,
Людишек, придумавших сдуру его -
Героя, что дунет - и нет ничего,
Героя, которому всё удаётся,
Который повсюду в живых остаётся.

***
Не мучай себя, не терзай и не мучай,
Доверься удаче, надейся на случай,
И участь твоя будет также легка,
Как крылышко бабочки и мотылька,
И как светлячков голубое мерцанье...
Господь да не вынесет нам порицанье
За то, что устав средь весомостей жить,
Решили надежды свои возложить
На лёгкое крылышко, яркую вспышку
Ночных светлячков, дав себе передышку.

-------------------------------
«Новый Берег», № 55, март 2017.
Лариса Миллер. Новые стихи
http://magazines.russ.ru/bereg/2017/55/novye-stihi.html

(no subject)

Друзья, прощаюсь с вами на месяц.
Следующий пост блога «Стихи гуськом»
В СУББОТУ 11 ФЕВРАЛЯ 2017
Лариса Миллер

Воскресенье: новые и старые стихи.

***
Чего-то вечно не хватает.
То дня, что быстро пролетает,
То слов, что только родились,
И тут же с воздухом слились,
Не дав мне рассказать про шаткость
Всего на свете, хрупкость, краткость.

***
        "... -это тоже в порядке любви.
         ... и букеты собакам дарить!"
                           Сергей Гандлевский.

Если всё лишь в порядке любви,
Значит, всё в этом мире в порядке.
Ну не в мире, хотя бы в тетрадке.
Стих читай и оттенки лови.
А в стихе, что ни слово, - любовь
И слеза, но мужская, скупая.
Автор, чувству с трудом уступая,
Говорит себе: "Не суесловь"
И с усмешкой подводит итог:
"Очень важно дружить и влюбляться".
Ну а мне остается цепляться
За края полюбившихся строк.
И, цепляясь за них, зазубрить,
Как вниманья оказывать знаки.
Коль своей уже нету собаки,
То соседской букеты дарить.

***
Чем занят каждый? Ждёт вниманья
И пониманья, пониманья.
Чем каждый занят? Ждёт- пождёт,
Когда же всё-таки найдёт
Его хоть кто-то верный, чуткий,
Развеяв этот морок жуткий.

***
И даже в рамках, что даны,
И что раздвинуться не в силах,
Сползём, как лучик со стены,
И превратимся в легкокрылых,
И будем весело летать,
Воздушные воздвигнув замки,
Надежды робкие питать,
Забыв про всяческие рамки.

***
Ну кому попенять? Я себе попеняю,
Что сегодня я счастью опять изменяю,
Что сегодня не с ним, а с печалью шепчусь,
И счастливой улыбкой совсем не свечусь.
Как же быть, как мне счастье своё не обидеть?
Ведь я скоро опять захочу его видеть.
Ну а вдруг, коль скажу: "Приходи погостить",
То услышу: "Тебя я не в силах простить".

***
Поняв, что всем не до тебя,
Живи, других не теребя.
На весточку не жди ответа.
Твой адресат - он сам два лета,
А может, три (потерян счёт) -
Ответа от кого-то ждёт.

***
Я всё хочу найти пример,
Чтоб у кого-то научиться
Не убиваться, а лучиться,
Но, как назло, сегодня сер
Небесный свод, и есть прогноз,
Что вместо снега будет слякоть,
И снег, растаяв, будет плакать,
Добавив миру лишних слёз.
Так что же мне изобрести?
Был у меня один образчик,
Но он сыграл недавно в ящик,
Не научив меня цвести.

------------------------------
Из сборника «Потаённого смысла поимка»
М.: «Время», 2010
http://larisamiller.ru/potayonnogo.html

***
Всё в воздухе есть. Надо лишь отыскать,
Однажды нащупать и не отпускать.
Рисунок и строчка, и песенка эта
Таилась и пряталась в воздухе где-то.
Художник, который нас так одарил,
Нащупал всё это, а не сотворил.
 

(no subject)

Стихи новые и старые. Заметки на полях.

***
А день, наступив, настоятельно просит
Сиять, объяснив, что тоски не выносит,
Тем более осенью ранней, когда
Сиять не составит большого труда.
Он просит сиять, понимая прекрасно,
Что всё, что доселе сияло, погасло.
Но это лишь значит, что надо спешить,
Чтоб дивного шанса себя не лишить,
И чтобы не стал он рутиной подённой -
Коротенький миг, для любви отведённый.

***
Коль смерть придёт и скажет: "Ну?",
Я головы не поверну.
А если за рукав потянет,
Так гаркну, что она отпрянет.
"Ты что? Не видишь? - я взреву, -
Я дело делаю: живу".

***
Чего-то всё от нас хотят.
Топили б сразу, как котят.
Так нет - растят и просвещают,
Златые горы обещают,
Коль не сегодня, так потом.
Ну а потом - лишь суп с котом,
Лишь обделяют, ущемляют
И больно душу прищемляют,
И, продолжая мучать, жать,
Велят улыбочку держать.

***
А может, коль пораньше встать,
Получишь шанс его застать -
Того, кто все дела решает,
Дарует жизнь, её лишает
И знает для чего ты зван
Сюда, и судьбоносный план
Вынашивает в одиночку,
И двоеточие на точку
Меняет. Но боюсь, что коль
Его застав, я на юдоль
Посетую, скажу, что время
Настырное клюёт нас в темя,
Что счастье - на один зубок,
Он скажет: "Сделал всё, что мог,
Трудился долгими веками"...
И грустно разведёт руками.
---------------------------

* * *
Ах, время, ты повремени,
И обмани, и помани,
Я так привыкла верить сказкам,
Твоим меняющимся краскам
И слушаю с открытым ртом
Твои «А дальше, а потом».
2009
Из сборника «Потаённого смысла поимка»
М.: «Время», 2010
http://larisamiller.ru/potayonnogo.html

---------------------------

   Заметки на полях:
   По-моему, сейчас самая большая редкость - чистый голос. Кто думает так же, достаньте тонкую книгу Всеволода Петрова (1912-1978) «Турдейская Манон-Леско» (С-Пб, 2016) и прочтите в ней, кроме повести, давшей название книге, воспоминания о тех, с кем Петров тесно общался: Пунин, Хармс, Михаил Кузьмин, художник Тырса. Прочтите. Вам  станет легче дышать.
Л.М.

(no subject)

***
Снова вижу сад, дорогу,
Дом и сад, и, слава Богу,
Всё на месте, всё при мне.
Как живу я? Понемногу.
Вечерами свет в окне.
Свет в окошке вечерами,
Мотылёк сидит на раме,
И на лампе – мотылёк…
Я поплакалась бы маме,
Только путь туда далёк.
Я бы маме нашептала,
Что давно уж не летала
Окрылённою душой,
И что сил осталось мало,
И про то, что мир большой
Стал чужим, и мне в нём худо…
Я, наверное, зануда:
Есть на свете дом и сад,
Листья цвета изумруда
Закрывают весь фасад.
2005

***
Между листьями свет, между ветками свет…
Ничего кроме света на свете и нет,
Ничего кроме белого, белого дня,
Что начало берёт с заревого огня,
И уходит, кончаясь закатным огнём…
Надо жить на земле лишь сегодняшним днём,
Что огромен и нов, светоносен и чист,
Где на ветке горит несгораемый лист.
2003
Из сборника «Накануне не знаю чего», М.: «Время», 2009:
http://larisamiller.ru/nakanune.html
 

(no subject)

* * *
В допотопные лета
Мир держали три кита.
А потом они устали
И держать нас перестали
На натруженном хребте.
И в огромной пустоте
Держит мир с того мгновенья
Только сила вдохновенья.

1985
(Из книги «Стихи и проза», «Терра», 1992 -
Стихотворения, не вошедшие в сборники 1977, 1986 и 1991 гг.)
--------------------------
http://larisamiller.ru/