?

Log in

No account? Create an account

larmiller


Лариса Миллер "Стихи гуськом. Проза: о том, о сём"


Previous Entry Share Next Entry
(no subject)
larmiller
Следующий пост «Стихи и проза» в субботу 4 мая. В другие дни: аудио записи.

ДАЛЕЕ: Новые стихи, «Читая Газданова»

***
Закрыла дверь, а всё равно сквозит,
Как будто дверь закрыла я неплотно,
И некто, заглянувший мимолётно,
Мне чем-то непредвиденным грозит.
И не пойму – я рада или нет
Тому, что кто-то бестелесный дышит,
Что занавеску сквозняком колышет,
Колебля неокрепший вешний свет.
2013

***
О Господи, на что купилась!
На то, что небо не скупилось
На синеву, на то, что свет,
Сходя по осени на нет,
Готов в апреле возродиться,
На то, что каждый куст глядится,
Как в зеркало, в любой ручей.
Ловя обрывки всех речей
И в жизнь вцепившись мёртвой хваткой,
Рифмую всё и вся украдкой.
2013

***
Да я, наверно, местная элита -
Меня сопровождает птичья свита
И ублажает мой капризный слух,
И поднимает мой упавший дух,
И холит, нежит лучшую из маний –
Писать стихи, и шлейф воспоминаний
За мной несёт весенний ветерок
По месиву подтаявших дорог.
2013

***
Я так устала уставать,
Я так устала отставать
От тех, кто ходит быстрым шагом,
Что я считать решила благом
Свою походку. Вдруг она
Мне только для того дана,
Чтоб из-за вечной проволочки
Нескоро я дошла до точки.
2013

***
Я тоже при деле. Я свет охраняю.
Я тень, чтоб не застить его, не роняю.
На страже у света упрямо стою,
Его убивать никому не даю.
И так я давно белый свет защищаю,
Что даже сама кое-что освещаю.
2013

О ТОМ, О СЁМ:

ЧИТАЯ ГАЗДАНОВА

Читая Гайто Газданова, я вижу, как настойчиво он ищет ЖИВЫХ среди тех, с кем его сводит судьба. Он их находит, но какие же они странные - эти живые. Вот некто Федорченко, который многим казался туповатым, скупым и занятым исключительно материальной стороной жизни. Он таким и был, пока вдруг с большим опозданием не заболел отроческими вопросами: "Зачем я существую на свете? Что будет со мной, когда я умру...? Зачем небо над головой и зачем вообще все?". Он по-детски требовал ответа, а убедившись, что ответа нет и не будет, зачах и свел счеты с жизнью.

Вот Павлов, поначалу производивший впечатление человека равнодушного и невозмутимого. Автор наверняка зачислил бы его "в мертвые", если бы однажды не услышал от него страстную исповедь. Оказывается, "он знал одной лишь думы власть, одну, но пламенную страсть" - он безумно - еще с российского детства, когда катался на лодке по реке, любил лебедей. Прочтя о них все, что было можно, он выяснил, что на внутренних озерах Австралии водится особая порода лебедей - черные лебеди. "На внутренних озерах Австралии", - мечтательно повторял Павлов. "И он говорил о небе, покрытом могучими черными крыльями, - это какая-то другая история мира, это возможность иного понимания всего, что существует, - говорил он, - и это я никогда не увижу." Павлов не поехал в Австралию, боясь не найти там того, что искал. Вне этой странной мечты жизнь представлялась ему пустой и ненужной. У него, как и у Федорченко, оказалась "опухоль в душе", причем злокачественная и несовместимая с жизнью.

Чем дольше читаешь Газданова, тем больше втягиваешься в поиск живой души. "Самое главное - это то, что каждый человек может и должен летать", - внушает автору маленький, худой карикатурного вида старичок с громадными усами. Он, как и автор, работал шофером парижского такси, но все свободное время тратил на изобретение летательного аппарата. Близкие его не понимали, и ему приходилось трудиться в очень неудобных условиях в уборной. "Я уже давно работаю над этим, и рано или поздно полечу, и вы это увидите". Он даже показал собеседнику как это будет выглядеть. Старичок "наклонился налево, вытянув во всю длину обе руки так, что они образовывали одну линию, - пишет Газданов, - и вдруг, подпрыгивая, мелкими и быстрыми шажками, побежал прочь от меня по тротуару". Сумасшедший, конечно. Но жить ведь тоже безумие.

Среди множества людей, с которыми судьба сводила русского эмигранта Газданова, долгие годы просидевшего за баранкой и исколесившего весь Париж, ЖИВЫЕ встречались куда реже, чем люди, которых отличала "какая-то удивительная и успокаивающая тусклость взгляда". Газданов невероятно внимателен к чужим глазам. Непроницаемой пленкой покрыты глаза неправдоподобной красавицы Алисы. Он не ошибся, когда при первом же знакомстве решил, что она неживая. Позже она сама призналась ему, что не знала ни любви, ни страсти, ни ненависти, ни гнева, ни сожаления. И даже заниматься любовью ей было невероятно скучно. "Я бы хотела спокойно лежать", - призналась она однажды. У Газданова мертвые души почти всегда живучее живых. Живые же, как правило, обречены. Обречена Жанна Ральди, некогда самая очаровательная женщина парижского полусвета, чьи глаза даже в старости поражали удивительной нежностью. Она обречена на нищету и одиночество. Ее прежняя жизнь - "это слезы, волнения, дуэли, объятия, стихи и готовность отдать все за ослепительное счастье, которого в конце концов не существовало." Невольно вспоминается пушкинское "Погибнешь, милая, но прежде ты в ослепительной надежде..." Ральди была настолько живой, что оживляла даже дряблые души, которым до конца дней не удавалось забыть ее.

Почему же все газдановские живые обречены? Потому, наверное, что зациклены на чем-то одном. Федорченко зачарован открывшейся его взору бездной и погибает, не выдержав ее устрашающей близости. Ральди зачарована чувственной стороной жизни. Ее внутреннего огня хватало на то, чтоб зажечь других, но она не заботилась о том, чтоб сберечь хоть искру "на черный день" и умерла в ледяном одиночестве (и только лишь тогда глаза ее покрыла та непроницаемая пленка, которую столь часто наблюдал Газданов у якобы живых). Павлов зачарован видением черных лебедей, чью иллюзорность он сам отлично сознавал. Карикатурный старичок помешан на полетах и тоже плохо кончит. Ну а кто кончает хорошо? Важно только, чтоб смерть наступила после жизни, а не после вялотекущего существования, мало отличающегося от небытия. Газданов любуется всеми этими нелепыми, полупомешанными, иногда смешными, но вполне живыми людьми. Он, несмотря на внешнюю сдержанность стиля и кажущуюся отчужденность, - романтик и зачарован крайностями: страстью и бесчувствием, атрофией души и душевной агонией, физическим совершенством и умственным убожеством, жизнью и смертью. А нет ли чего-нибудь посередке? Но срединные вещи противопоказаны романтику. К тому же крайности сильнее впечатляют. Вот не идет же у меня из головы последняя реплика Павлова, который накануне заранее спланированного им самоубийства, прощаясь на одной из парижских площадей со своим единственным конфидентом, кричит ему вслед своим «спокойным, смеющимся голосом: “Вспомните когда-нибудь о черных лебедях!”».

1999

-----------------------------
1. Видео (сн. Наталья Муратова и Михаил Хохлов):
ЦДЛ, Москва, 14 апреля. Презентация книги «Праздники по будням» (изд. «Время»). В программе:
- Стихи, читает автор.
- Две песни Александра Дулова на стихи Ларисы Миллер («Ещё не всё, не всё…», «Всё будет хорошо, как вы хотели…»), исполняют: Александр Костромин (пение, гитара); Ирина Христианова (пение) и Дмитрий Григорьев (гитара).
- Выступали: Наталья Ванханен, Марина Бородицкая, Валерия Бочкарева, Евгения Перова и др.
ЧАСТЬ 1:
http://www.youtube.com/watch?NR=1&feature=endscreen&v=GSpPF9ZO-N8
ЧАСТЬ 2:
http://www.youtube.com/watch?v=7EX7iSgwyDw

2. О новой книге «Праздники по будням» (обложка, стихи):
http://www.pereplet.ru/muzika/index.cgi?id=1050#1050

3. 05.03.2013, «Московский книжный журнал»,
Борис Альтшулер, «Об аутизме: в поэзии или в критике?» (ответ Д.Баку):
http://morebo.ru/tema/segodnja/item/1362475803497

4. 21.02.2013, «НГ-EX LIBRIS», «Шажок вечности»,
Интервью Александру Кукесу:
http://www.bigbook.ru/articles/detail.php?ID=15129

5. Вспомогательная информация к блогу «Стихи гуськом»: полное собрание, статистика посещений, электронные книги, видеозаписи, аудиозаписи, публикации, рецензии, некоторые отклики в блогах:
http://www.larisamiller.ru/vsp_inf.html#6

  • 1
Спасибо! И за стихи, и за Газданова - отдельно! Очень его люблю.

Прочитала на одном дыхании! Спасибо Вам!

  • 1